Спустя месяц после боя на левом берегу Евфрата вблизи сирийского города Дейр-эз-Зор, где могли погибнуть десятки россиян, семьи многих бойцов ЧВК, считающихся с тех пор пропавшими без вести, ничего не знают о судьбе своих близких. Представители ЧВК Вагнера, в котором состояли большинство пропавших, не выходят на связь с родственниками и категорически отказываются общаться с журналистами. Русская служба Би-би-си побывала на хуторе в Ростовской области, где родители до сих пор ждут новостей о своем пропавшем 7 февраля сыне, и изучила путь, который проходят родственники погибших бойцов ЧВК Вагнера в самом Ростове-на-Дону.

"Я просто не знаю, где мне его искать. Не знаю, что мне делать" - Валентина Васильченко сидит на диване в комнате деревенского дома, ее муж ходит из комнаты в комнату, хватаясь то за телефон, то за медали их пропавшего на войне в Сирии сына.

О том, что в ходе боя под Дейр-эз-Зором 7 февраля мог погибнуть один из жителей хутора Маныч-Балабинка Алексей Рубанов, редакции Би-би-си сообщил один из местных жителей на условиях анонимности.

Хутор расположен в 116 км к востоку от Ростова-на-Дону. Он находится в Веселовском районе области, на въезде в райцентр стоит на постаменте с виду вполне боеспособный танк Т-72 - "Землякам, исполнявшим служебный долг за пределами отечества, принимавшим участие в локальных вооруженных конфликтах и "горячих точках".

Раньше это был памятник погибшим в Чечне и Афганистане, а теперь, получается, и жертвам войны в Сирии. Кто-то из местных жителей принес к памятнику свежий венок, но вьюга отнесла его в сторону.

Танк-памятник
Танк Т-72 на въезде в поселок Веселое

В Маныч-Балабинке нет ни памятников, ни даже церкви. Летом на местные турбазы приезжают любители рыбалки. Единственная достопримечательность - администрация совхоза и явно аварийная водокачка с ледяным каскадом до земли.

В продуктовом магазине на наш вопрос, где живет семья Рубановых, продавщица хватается за сердце: "Вообще он единственный Рубанов в семье, они Васильченко все, у нас тут третью неделю только об этом и говорят: одни, что только голову нашли, другие - что только жетон", - рассказывает она.

Весь хутор - четыре длинные параллельные улицы, застроенные одноэтажными домами, который обычно делят две семьи. Половина дома, которую занимает семья Васильченко, снаружи и изнутри выкрашена голубой краской.

"Меньше знаешь - крепче спишь"

5 января из этого дома Алексей Рубанов и отправился в Краснодарский край на базу Молькино, чтобы оттуда вылететь в свою уже третью командировку в Сирию. От первых двух у родителей остались две медали ЧВК Вагнера "За кровь и храбрость".

Одну Рубанов получил в 2016 году за Пальмиру, вторую - в 2017-м за Дейр-эз-Зор. Обе медали выписаны на номер его личного жетона - М-0859.

До Сирии он успел отслужить срочную службу. После нее - в отличие от многих других бойцов ЧВК - он не принимал участия в боевых действиях на востоке Украины.

"Немного в совхозе работал, был на строительстве Олимпиады в Сочи, ездил на заработки в Москву", - рассказывают его родители. 17 марта Алексею должен исполниться 31 год.

Перед последней командировкой родители отговаривали сына снова ехать в Сирию, но он ответил: "Мам, я съезжу, еще медаль заработаю и больше никуда не поеду. Я женюсь, в Краснодаре куплю квартиру и буду там жить".

Последний раз домой Алексей звонил в середине дня 7 февраля и спрашивал у мамы, не созванивалась ли она с его бывшей женой Луизой, которая с двумя детьми живет в Махачкале. О делах в Сирии они не говорили.

"Он мне никогда не рассказывал о том, где находится и что делает. Говорил только: меньше знаешь - крепче спишь", - рассказывает мать Алексея Рубанова.

Вечером того же дня он позвонил сестре в Сальск и другу в Москву, с которым проговорил полтора часа. Этот друг потом рассказывал родителям Рубанова, что на прощание тот сказал: "Если со мной вдруг что-то, поедешь домой и поможешь матери".

Больше связи с сыном у них не было, никаких официальных звонков им не поступало, а о том, что Рубанов мог погибнуть, сообщил его знакомый и сослуживец из райцентра Веселое. В Сирию они уехали вместе с Алексеем, в бою 7 февраля молодой человек получил ранение, после чего его доставили в военный госпиталь в Санкт-Петербург.

Валентина Васильченко общалась с ним по телефону, расспрашивала о подробностях боя 7 февраля, раненый рассказал: "Ночью же происходило [боестолкновение], и это не передать словами. Нас сначала с танков молотили, а потом вертушки пустили".

Возможную гибель Рубанова родителям подтвердил еще один боец ЧВК из того же райцентра Веселое, оставшийся в живых после боя 7 февраля, он рассказал: "Кучка нас осталась, нас угнали в горы, отобрали телефоны и сказали заткнуть рты, сидеть молча".

"Медаль же просто так никто не даст?"

Погибшим Алексея Рубанова, впрочем, никто из его сослуживцев не видел, а родители уже три недели не знают, к кому идти, чтобы уточнить судьбу сына. Они пытались обращаться в администрацию Веселовского района, глава поселения Алексей Ищенко ответил: "Если бы у меня что-то было, я бы вам сообщил, конечно".

Дозвониться до кого-либо из представителей ЧВК родители тоже не могут. "Ехать мне что ли в Молькино, там стоять, чтобы меня выпроводили? - спрашивает Валентина Васильченко. - Если нет его живого, хоть кусочек домой бы привезли".

Перед отъездом в свою последнюю командировку Алексей Рубанов рассказывал родителям, что между бойцами ЧВК обсуждается их скорая легализация в России, но пока супруги Васильченко до конца не понимают, в каком статусе находился в Сирии их сын, что за награды были ему вручены за предыдущие командировки.

"Медаль же просто так никто не даст?" - спрашивают они, показывая кресты ЧВК Вагнера, не имеющие статуса государственной награды.

И, наконец, их интересует, как их сын в принципе оказался на войне. "Кричат, что они наемники, но он же не мог сам в военной форме приехать с автоматом в Сирию! Они же туда не поездом и не машиной ехали, а самолетом официальным летели! Они же подписывали какой-то контракт, какие-то бумаги", - задает вопросы Валентина Васильченко.

Черная бухгалтерия

О том, что за бумаги подписывают с ЧВК Вагнера родственники погибших в Сирии, Би-би-си рассказал Александр Литвинов из Магнитогорска. В середине октября 2017 года он прилетал в Ростов-на-Дону, чтобы забрать тело своего брата Андрея, который погиб в районе города Тиас в провинции Хомс 28 сентября.

Андрей Литвинов
Андрей Литвинов погиб в сирийской провинции Хомс в конце сентября 2017 года

"Я спрашивал: дайте нам справку НДФЛ или еще что-то, чтобы по потере кормильца пенсию назначить. Но они сказали: мы справок не даем, у нас все неофициально. У нас черная бухгалтерия - так прямо и сказали", - рассказывает он.

О значительных потерях, которые бойцы ЧВК понесли в Сирии в сентябре 2017 года, Русская служба Би-би-си писала, рассказывая о судьбе бойца из Архангельской области Евгения Аликова.

Справка о смерти Аликова, скончавшегося в начале месяца, получила номер 77, справка о смерти бойца Сергея Поддубного, расследование о котором выпустилоагентство Рейтер - 131. В справке написано, что Поддубный погиб 28 сентября.

Таким образом, если исходить из этих данных, только за сентябрь 2017 года в Сирии погибли не менее 54 граждан России.

Как выясняется теперь, погибших в сентябре в Сирии россиян было как минимум на четыре больше. Андрей Литвинов скончался в тот же день, что и Сергей Поддубный - 28 сентября. А свидетельство о смерти, которое родственники Литвинова прислали Русской службе Би-би-си, получило номер 135.

Документ
Свидетельство о смерти, которое получили родственники Андрея Литвинова

Через две недели после гибели Андрея Литвинова его родителям, которые живут в поселке Чесма Челябинской области в 150 км восточнее Магнитогорска у границы с Казахстаном, позвонили из Ростова-на-Дону и пригласили приехать за документами сына.

Звонил тот же человек, который за месяц до этого привозил в Архангельскую область тело Евгения Аликова. Правда, разным родственникам он представлялся разными именами. Но телефонный номер был один и тот же. А когда две недели назад Би-би-си связалась с ним по этому номеру, он заявил, что о Сирии ничего не знает.

Несколько дней назад уже из Ростова-на-Дону корреспонденты Би-би-си снова созвонились с этим мужчиной. В этот раз он не стал отрицать свою осведомленность о делах в Сирии, но заявил, что встречаться с журналистами ему не интересно. "Встречайтесь с теми, кто дал вам мой номер. И берегите себя", - посоветовал он.

В октябре же 2017 года на встречу с ним в Ростов-на-Дону отправился брат Андрея Литвинова Александр и жена погибшего Светлана. Встреча была назначена в самом центре города в "Маринс парк отеле" на Буденновском проспекте.

Это большое шестиэтажное здание, бывшая гостиница "Ростов", построенная в середине 1930-х годов. Площадь перед гостиницей украшает памятник одному из пионеров русского кинематографа Александру Ханжонкову, над входом развиваются флаги России, Ростовской области и знамена, стилизованные под военно-морские.

Флаг
Стилизованные под военно-морские флаги на здании гостиницы, где представители ЧВК "Вагнер" встречаются с родственниками погибших

В отеле сначала рассказали, что владельцы гостиницы активно сотрудничают с Юнармией, Морским обществом Ростова-на-Дону, Русской православной церковью, поддерживают патриотические мероприятия. В ответ на уточняющий вопрос о сотрудничестве с ЧВК Вагнера руководство отеля сообщило, что не имеет никаких "договорных отношений" с этой организацией.

Александр Литвинов вспоминает, что когда они приехали в отель, в фойе уже сидели другие люди, приехавшие также за документами на своих погибших родственников. Их вызывали по одному, уводили на беседу, а потом они возвращались уже с документами и наградами.

Одновременно с ними забирать документы на своего мужа прилетела из Екатеринбурга жена Марка Неймарка, которая рассказывала Би-би-си о своей поездке в Ростов в октябре 2017 года. "Еще была женщина со Ставрополья, она сына забирала", - говорит Литвинов.

На вопрос, считает ли он, что у ЧВК Вагнера постоянный офис в этом отеле, Александр Литвинов ответил: "Мне кажется, это постоянно действующая вещь. Потому что работники гостиницы на ресепшене на нас вообще никакого внимания не обращали. Я так понял, у них это уже не первый раз. Все же пришли люди, ревут, все в слезах, а они относились к этому как к чему-то обыкновенному, в порядке вещей для них это было".

Когда очередь дошла до Александра и Светланы Литвиновых, их отвели в зал для переговоров на первом этаже отеля, где их встретили два представителя ЧВК. Они проверили документы прилетевших, уточнили степень их родства с погибшим, принесли соболезнования от лица компании и коротко рассказали о деталях боя, в котором погиб их близкий.

На вопрос Александра, почему в ЧВК уверены, что погиб именно его брат, юрист ЧВК объяснил, что каждому человеку присваивается личный жетон, по которому потом можно опознать тело.

"Нам объяснили, что визуально опознать тело будет сложно, потому что он сильно обгорел, и холодильников у них там не было, так что гроб лучше не открывать, - вспоминает детали беседы брат погибшего. - А на мой вопрос, почему сообщили о гибели только спустя две недели, ответили, что самолеты летают из Сирии в Ростов редко, поэтому сразу вывезти тело не могли".

Весь разговор занял около 15 минут, напоследок родственникам посоветовали не распространяться лишний раз о своей поездке в Ростов, "потому что вас потом журналисты замучают".

Выйдя из отеля, Александр со Светланой дошли до ближайшего отделения Сбербанка, где положили на счет полученные деньги: 5 миллионов рублей компенсации, 100 тысяч рублей на похороны и еще 160 тысяч рублей, которые погибший не успел получить в качестве зарплаты.

После этого они сели на такси и отправились обратно в аэропорт. Когда дома они подготовили все для похорон, то снова позвонили в Ростов, тело погибшего в тот же день было отправлено самолетом до Магнитогорска, где им осталось его забрать и доставить для захоронения в Чесму.

Морг
В морг 1602-го госпиталя в ростовском районе Военвед доставляли тела погибших в Афганистане, Чечне, а теперь и Сирии

Родственники большинства пропавших после боя 7 февраля до сих пор не знают ничего о судьбе своих близких.

Пока известно, что в Россию вернули лишь тело активиста "Другой России" Кирилла Ананьева, также погибшего в столкновении 7 февраля. 25 февраля прошли его похороны.

Родители Рубанова говорят: до них доходят слухи о том, что до президентских выборов им не стоит ждать никаких новостей о судьбе сына. "Знающие люди сказали, мальчики, - вздыхает Валентина Васильченко. - У нас лишний раз боишься рот раскрыть. Просто мучают родителей: сижу каждый день и жду этого телефонного звонка, вздрагиваю".

"Три недели уже в таком состоянии! - вмешивается в разговор ее муж. - И если ждать до выборов - это еще две недели?"

"Мы так понимаем, что тела будут доставлены после выборов, чтобы не будоражить общественность и не наносить имидж действующей высшей власти, кандидату президенту Путину. Это чудовищная ситуация", - говорил "Настоящему времени" атаман казачьего движения Калининградской области Евгений Лабудин.

Получить какой-либо комментарий по этому поводу от самой ЧВК Вагнера оказалось невозможно: у компании нет официального представителя, уполномоченного давать комментарии для прессы.

Эксперт Conflict Intelligence Team Руслан Левиев считает версию с выборами несостоятельной. "Раненых привезли в Москву и Петербург, а погибших нет? Это выглядит слишком странно, - считает он. - Скорее всего, доставляли без задержек, сразу, вместе с ранеными, кого хоть в каком-то виде удалось собрать. Но в той ситуации могли быть случаи, когда просто от тел толком ничего не осталось".

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 (0 голосов)